dscf1001

На Песах мы здесь, за границей, приветствуем друг друга словами – «до встречи в будущем году в отстроенном Иерусалиме». Что для нас, евреев, означает такое приветствие? Можем ли мы, евреи, так приветствовать друг друга? И в этой связи возникает другой вопрос: что для нас, евреев, означает понятие «связь поколений»?

С этим понятием мы очень хорошо знакомы ещё со школы. Часто нам по телевизору показывали, например, потомственных рабочих: дед и баба – рабочие, отец и мать – то же. И я, юнец-молодец, учусь на рабочего. И это въелось в наши головы, и что ещё хуже, – в сердца.

100 лет – много это или мало? 100 лет – это четыре поколения. И в каждом поколении каждый человек – это личность, индивидуальность. Что мы знаем о наших родственниках из предыдущих поколений? Похожи ли мы на них? Вряд ли. Может быть, один из пятидесяти знает о том, кем были его прямые предки 100 лет назад.

Но с уверенностью можно сказать, что как тогда, так и сейчас интерес к материальной стороне жизни, как к главной её составляющей, преобладал. Причём грешили и грешат этим как евреи, так и неевреи, но массовое сознание почему-то отдаёт в этом вопросе приоритет евреям. Такова наша судьба, но дело, по-видимому, ещё и в том, что более удачливые выходцы из евреев всегда находились под подозрением у окружающих неевреев.

С другой стороны, последние 2000 лет истории нашего народа не прошли бесследно, и евреи были вынуждены научиться приспосабливаться к самым невероятным условиям, нет, не жизни, а существования. Помню, когда в институте я сдавал экзамен по истории искусства. Преподаватель, еврей, выслушав меня, сказал: «ты всё хорошо знаешь, но еврейский мальчик должен знать немножечко лучше, чем остальные».

Но если нет связи поколений, то какая тогда разница, еврейский я мальчик или нет. В этом случае не имеет никакого значения, кто я такой.

Горький устами одного из своих героев сказал: «Человек – это звучит гордо!». Может быть, Горький в чём-то и прав, но на практике это далеко не всегда так. Еврею для того, чтобы поступить в ВУЗ, нужно было быть на голову выше остальных абитуриентов. А к некоторым ВУЗам, например, МИМО, их и близко не подпускали.

Имело место ограничение при приёме евреев-специалистов на работу. И принимали только потому, что начальству нужны были квалифицированные специалисты, которые действительно умели работать. В отношении евреев-специалистов действовало правило трёх «не»: не повышать в должности (я как-то выразил недовольство своим служебным положением, на что мне начальник сказал: «спи и не ворочайся»), не принимать на работу (чтобы еврей не мог улучшить своё положение переходом на другую работу) и не выгонять (он нужен здесь, да и жить на что-то должен – ведь у нас справедливое общество). Если к этому добавить ещё и бытовой антисемитизм, то становится понятным, почему в этих условиях среднестатистический еврей пытался как можно меньше афишировать своё еврейство и тем самым хоть как-то уменьшить давление общества, которое он на себе испытывал. Тут уже не до гордости, не до связи поколений – выжить бы. Мы все через это прошли. Это наши с вами проблемы.

А всегда ли было так? Во времена египетского рабства народ, по-видимому, хранил воспоминания о Боге и патриархах, т. к. если бы не эти воспоминания, то в сознании народа не осталось бы никакой надежды на избавление от тягот рабства.

Наверное, поэтому Моисею, выполнявшему поручение Бога, не потребовалось долго уговаривать соплеменников выйти из Египта: «И пошел Моисей с Аароном, и собрали они всех старейшин сынов Израилевых, и пересказал [им] Аарон все слова, которые говорил Господь Моисею; и сделал Моисей знамения пред глазами народа, и поверил народ; и услышали, что Господь посетил сынов Израилевых и увидел страдание их, и преклонились они и поклонились» (Исход, 4:29-31).

Однако Писание говорит и об обратном. Откроем Книгу Судей, 2:6-13: «Когда Иисус распустил народ, и пошли сыны Израилевы, [каждый в свой дом и] каждый в свой удел, чтобы получить в наследие землю, тогда народ служил Господу во все дни Иисуса и во все дни старейшин, которых жизнь продлилась после Иисуса и которые видели все великие дела Господни, какие Он сделал Израилю. Но когда умер Иисус, сын Навин, раб Господень, будучи ста десяти лет, и похоронили его в пределе удела его в Фамнаф-Сараи, на горе Ефремовой, на север от горы Гааша; и когда весь народ оный отошел к отцам своим, и восстал после них другой род, который не знал Господа и дел Его, какие Он делал Израилю, – тогда сыны Израилевы стали делать злое пред очами Господа и стали служить Ваалам; оставили Господа Бога отцов своих, Который вывел их из земли Египетской, и обратились к другим богам, богам народов, окружавших их, и стали поклоняться им, и раздражили Господа; оставили Господа и стали служить Ваалу и Астартам».

В эпоху судей Господь не оставляет свой народ, воздвигает из среды его руководителей-судей, и они, ведомые Богом, своими подвигами спасали свой народ от завоевателей. В эпоху же царств, после царствований Давида и Соломона, когда Израиль разделился на два враждовавших между собой царства Израиль и Иудею, ситуация стала совсем критической.

Вот пример. Не прошло ещё и 100 лет, как увели в плен Северное Царство Израиль в Ассирию, и уже больше никогда это Северное Царство не вернулось обратно. Откроем 4 Книгу Царств, 27:1-7: «Двенадцати лет был Манассия, когда воцарился, и пятьдесят лет царствовал в Иерусалиме; имя матери его Хефциба. И делал он неугодное в очах Господних, подражая мерзостям народов, которых прогнал Господь от лица сынов Израилевых. И снова устроил высоты, которые уничтожил отец его Езекия, и поставил жертвенники Ваалу, и сделал дубраву, как сделал Ахав, царь Израильский; и поклонялся всему воинству небесному, и служил ему. И соорудил жертвенники в доме Господнем, о котором сказал Господь: `в Иерусалиме положу имя Мое‘. И соорудил жертвенники всему воинству небесному на обоих дворах дома Господня, и провел сына своего чрез огонь, и гадал, и ворожил, и завел вызывателей мертвецов и волшебников; много сделал неугодного в очах Господа, чтобы прогневать Его. И поставил истукан Астарты, который сделал в доме, о котором говорил Господь Давиду и Соломону, сыну его: `в доме сем и в Иерусалиме, который Я избрал из всех колен Израилевых, Я полагаю имя Мое на век» т. е. в Храме.

Народ в основной своей массе следовал за царём – оставил Бога, забыл патриархов. И в результате – наказание: частичное истребление и вавилонский плен.

Всегда, однако, в среде еврейского народа были люди, которые не забывали Бога, не забывали своих корней. Это были пророки, некоторые из царей, например, Давид, Иосия, это Неемия, руководитель работ по восстановлению Иерусалима и Храма после вавилонского плена, Маккавеи и др. Эти люди звали народ к Богу, к единству, поднимали его на угодные Богу дела.

В эпоху, непосредственно предшествующую рождению Иешуа Мессии, лет за 70 до разрушения Иерусалима и Храма римлянами, еврейский народ оказался в особенно критической ситуации. Иудея стала одной из римских провинций, платила налоги Риму. Правил Иудеей Ирод Великий, идумеянин по национальности, который не любил евреев: несколько ранее, в эпоху Маккавеев, Идумея была завоёвана Иудеей, и идумеянам был навязан иудаизм. В период его правления в Иудее пышно расцвела коррупция. Иудею раздирали политические и религиозные партии, мешавшие единению народа. Поэтому евреи испытывали двойной или даже тройной гнёт. Многие евреи покидали страну, т. к. в диаспоре жизнь была легче. Многочисленные группы евреев, жившие вне Иудеи, говорили только по-гречески, а в самой Иудее иврит уже тоже начали забывать.