Ещё в Москве, где я родился на розовое 8 Марта 1984 года, ребята в школе меня дразнили и обзывали, когда я рассказал, что мы собираемся уезжать в Израиль. Для меня это было абсолютно неожиданно, и я полагаю, что ты себе можешь представить, как ужасно я себя чувствовал. Тогда мне было всего
7 лет…

Однако наши планы неожиданно изменились, и вот я вместе с моими родителями сидел в самолёте рейсом Москва – Берлин. Почему в Германию? Что ж, это мне суждено было узнать много позже…

Вот мы уже в Германии. Всё новое, непонятное, но интересное… Вскоре интерес прошёл, и на его место пришла какая-то пустота. С родиной меня связывали лишь слабые воспоминания, и я не хотел возвращаться. Я жил сегоднящним днём и не строил никаких планов. Да и какие планы могут быть у восьмилетнего ребёнка?..

Но вот школа меня доставала. Зачем я туда хожу? Ведь всё равно никс ферштейн… Я знал только два главных слова: «йа», ну и «найн». Грустно. Для одноклассников я был марсианином, а они для меня не имели никакого значения. Так уж случилось, что рядом не было никого, кто говорил бы по-русски. Таким образом, я достаточно рано понял, что учить немецкий мне уж не миновать. С помощью жестикуляции и методом проб и ошибок я выучил несколько других фраз, которые, как выяснилось очень скоро, были не самого чистого содержания. Таким образом я начал своё изучение этого странного языка.

Мой отец очень быстро нашёл работу, кстати, моей же методикой, и что мы сделали? Ну, конечно! Мы переехали. И переехали мы в деревню: 4 дома, 40 коров и в радиусе 20 км поля, поля, поля…

В новой школе ко мне проявляли интерес совсем по-другому…